Пленница
Алтай, деньги будут крайний срок через неделю, максимум две, – говорит отец нервно. – Я не даю отсрочек. И денег тебе взять негде. – У меня в Италии… Алтай прерывает отца громким смешком. – Ты считаешь, я дам тебе выехать из страны? – Тебе нужны эти деньги, а мне требуется время, чтобы их достать. Ты же знаешь меня, Алтай, мы сто лет ведем дела. Я даю тебе слово, что вернусь в любом случае. Алтай переводит глаза на меня, и становится не по себе. Этот человек был частью темной стороны жизни моего отца, куда мне соваться было запрещено. Поговаривают, что он прошел через ад, о чем свидетельствуют сломанные уши, шрам у рта и глаза – пустые, лишенные эмоций. – Лады. Вали в свою Италию. Но Рада пока «отдохнет» на моей базе. – Об этом не может идти и речи… – Почему? Ты же вернешься. Будет стимул поспешить.
